Корреспондент ездил к Екатерине Фёдоровне фон Крит, сестре М.Ф. Андреевой - второй жены Горького.
Перевод статьи:
Организаторы выставки, посвященной Максиму Горькому, открывшейся в столице, каким-то образом узнали, что в Уусикиркко Выборгского уезда, по-видимому, проживают родственники Горького, от которых, возможно, удастся получить материалы, проливающие свет на жизнь писателя. Ведь ко всему, что касается Максима Горького, сейчас и без того проявляется больше интереса, чем обычно, поскольку его имя упоминается в связи с судебным делом, которое в настоящее время рассматривается в Москве. Поэтому мне предстояло совершить краткую поездку в приход Уусикиркко, и несколько телефонных расспросов сразу показали, что лучше всего отправиться в деревню Неувола, расположенную неподалеку от озера Ваммельярви. Выйдя на станции Мустамяки из поезда, идущего из Раяйоки, не нужно далеко идти, как уже начинают появляться признаки старого русского поселения.
Типичные дома в русском стиле стоят то тут, то там вдоль дороги, и чем ближе к Неуволе, тем их становится больше, а в самой Неуволе ухо порадует оживлённая беседа на русском языке двух бабушек, стоящих у дороги. Чувствуется, что у этой деревни есть своя история, и в эту историю можно окунуться сразу же, как только завяжешь разговор с жителями деревни.
Человек, с которым мы, собственно, и приехали встретиться, оказался ни кем иным, как сестрой второй супруги Максима Горького, госпожой Крит, чей муж ранее работал инженером в России, а затем — в торговом представительстве Советского Союза в Выборге, откуда он уволился около десяти лет назад и поселился на своей небольшой ферме в Неуволе. Госпожа Крит любезно встретила меня и нашего услужливого гида и переводчика, местного торговца Т. Расимуса, и провела нас в зал, который с многочисленными картинами на стенах и библиотекой, видневшейся из соседней комнаты, явно имел исторический облик, что еще больше укрепилось в нашем сознании, когда мы узнали, что в этих комнатах Максим Горький прожил целую зиму. Узнав о цели нашего визита, госпожа Крит сразу же принесла фотоальбом, в котором было несколько снимков Максима Горького, и великодушно разрешила нам воспользоваться самыми интересными из них. Мы отобрали чуть больше полудюжины снимков, которые, по нашему мнению, являются настолько редкими, что любой коллекционер заплатил бы немалые суммы, чтобы заполучить их. Несколько образцов мы можем приложить к этой статье в качестве дополнения.
Затем разговор перешел на Горького. Госпожа Крит рассказала то, что знала о его детстве и годах странствий, но поскольку об этих событиях, по-видимому, уже упоминается в историях литературы, мы не будем здесь подробно на них останавливаться. Отметим лишь, что госпожа Крит подчеркнула, что Горький находился под сильным влиянием своей бабушки, на попечение которой он остался после ранней смерти родителей. Бабушка была простой крестьянкой, но, по-видимому, очень одаренной: она обладала хорошими способностями рассказчицы и научила Горького понимать и любить природу.
Один из вопросов, в котором нам особенно хотелось получить разъяснения, касался личных семейных отношений Горького. Как известно, он трижды был женат. Впервые он женился в 1898 году, однако уже в 1904 году развелся. Его первая супруга, имени которой г-жа Крит не помнила, по ее сведениям, до сих пор живет в Москве и работает в Красном Кресте. На фотографии, сделанной в 1912 году на Капри, вместе с Шаляпиным и другими знаменитостями, также запечатлена первая супруга Горького. Г-жа Крит отметила, что развод, как видно, отнюдь не прервал полностью их отношения, хотя Горький уже в 1904 году вступил в новый брак. Вторая супруга, сестра госпожи Крит, Мария Федоровна Андреева, была актрисой, и Горький познакомился с ней в Москве. Госпожа Крит долгое время не получала о ней никаких известий, но полагала, что она тоже еще жива, и знала, что та находилась где-то в доме художников или в подобном заведении. Горький прибыл в Неуволу в Уусикиркко в 1912 году из Капри (на самом деле в последний день 1913 года), где прожил несколько лет, и сначала поселился на зимний период у семьи Крит, откуда затем переехал в расположенный неподалеку бывший дом Ланга, который в настоящее время является народной школой. Его пребывание в Неуволе длилось около трёх лет. Отсюда, после получения государственного помилования, он вернулся в Россию, чтобы с ещё большим рвением, уже в качестве газетчика, продолжить борьбу против царской власти.
«Как Горький жил и работал, находясь здесь?» — спросили мы у госпожи Крит.
«Работал, когда ему хотелось, — рассказала наша собеседница. — Он любил гулять по лесу, собирал грибы и готовил из них восхитительные пироги. Тем не менее он ни в коем случае не был замкнутым, а очень любил общение. Когда он был здесь, у нас и у других его друзей всегда был праздник».
Разговор переходит к вопросам, которые здесь не стоит подробно описывать. Однако мы зададим ещё один вопрос, который, на наш взгляд, важен:
Верит ли госпожа в утверждение, выдвинутое в ходе московского судебного процесса, что смерть Горького была умышленно вызвана его врачами?
Госпожа Крит говорит, что ни за что не может в это поверить. Она отмечает, что Горький уже давно был болен, страдал туберкулёзом лёгких и был настолько слаб, что ему требовалась специальная сиделка. Эта сиделка, Черскова, прекрасно справлялась со своими обязанностями и так тщательно ухаживала за ним, что у врачей вряд ли была бы возможность совершить то, в чём
их обвиняют. У госпожи Крит, по-видимому, было немало ценной информации о Горьком и его времени — мемуары, фотографии, письма и т. д., — но времени не хватило, чтобы их извлечь. Тому, кто намерен более подробно изучить Горького или практически любого другого великого человека России последних десятилетий, определенно стоит заглянуть в Уусикиркко. О том, насколько деревня Неувола наполнена историческими воспоминаниями, мы получили некоторое представление, когда наш гид и переводчик, купец Расимус, позже, когда мы пили у него чай, упомянул, что мы пили его в той же комнате, где когда-то жил известный, а ныне уже завершивший свою карьеру лидер большевиков Каменев. Лео Троцкий также когда-то жил здесь под фамилией Бронштейн, равно как и бывший посол Советского Союза в Риме Николай Иорданский и многие другие знаменитости. Вдобавок ко всему, торговец Расимус пригласил к нам на беседу бывшего шофера по имени Тааветти Растас, который рассказал, что целый летний сезон проработал личным водителем Ленина. Дело в том, что в период начала революции он скрывался в Неуволе у таких же известных людей, как Бонч-Бруевич и писатель Демьян Бедный, пока ему не пришлось бежать от преследования людей Керенского.
«Каким человеком был Ленин?» — спросили мы Тааветти Растаса.
«Ну что ж, — отвечает тот, — он был приятным собеседником и хорошо платил за поездку. Раз или два в неделю он ездил в Кайвола, конечно, чтобы уладить свои дела, и поездка всегда обходилась в три рубли, хотя тариф составлял всего 80 копеек». Еще вспоминается то, что мы слышали: писатель Леонид Андреев тоже прожил последние годы (дни, на самом деле) своей жизни в Неуволе и был там похоронен, хотя позже его останки оттуда перенесли.
В Неуволе и окрестностях Ваммельярви еще сохранилось много следов прошлого...
V. H. H.
- Скриншот-20260630-115006.jpg (63.2 КБ) 523 просмотра
