Галерея terijoki.spb.ru  

Home / Исторические фото / Терийоки и ближайшие окрестности / Куоккала (Репино) / Дачи Куоккалы (Репино) / Дача А. Г. фон Кнорринга, И. С. Крючкова, Приморское ш., 394 250

Одна из дач барона Ридингера, упоминаемая в 1910-х годах в письме Ник. Иванова.

У Николая Александровича Ридингера, владельца огромного имения "Мерихови" в Куоккала и нескольких земельных участков по обе стороны шоссе, была старшая сестра по отцу, Екатерина Александровна. Матери у них были разные, у Николая - Елена Матвеевна Пеккен, у Екатерины - Анна Дмитриевна Бехтеева.
Екатерина Александровна Ридингер (фон-Рюдингер) (1808 — 1867 мыза Асукюля вбл.Гапсалиса). Ее мужем стал барон Густав-Вильгельм-Адольф фон-Кнорринг. Дети: Маргарита, Анна, Екатерина, Мария, Густав, Николай, Алексис.

Н. А. Ридингер оставил значительную часть имения "Мерихови" сыну Борису. Но также выделил участки многим (а быть может и всем) своим детям и близким родственникам. Конкретно этот участок с кадастровым номером 11-22 Николай Александрович отписал своему племяннику Алексису, а тот в свою очередь продал участок купцу Крючкову. И, видимо, уже Крючков построил виллу, сохранившуюся до сего времени (на 2020 г.).

Алексис (Алексей Густавович) фон-Кнорринг приходится Николаю Александровичу Ридингеру племянником, а Борису Николаевичу Ридингеру кузеном.

Род фон-Кнорринг происходит от Генриха Кнорринга, владевшего землями в Курляндии в середине XVI века. Они носят титул баронов королевства Шведского с 1720 г., Великого княжества Финляндского с 1818 г., Российской Империи с 1907 г.:
«Грамотой Шведской королевы Ульрики-Элеоноры, от 18/29 января 1720 года, полковник Гёран-Иоганн фон-Кнорринг возведен, с нисходящим его потомством, в баронское королевства Шведского достоинство. Род правнука его, капитана барона Иоганна-Фридриха-Людвига фон-Кнорринга внесен, 5/17 сентября 1818 года, в матрикул Рыцарского Дома Великого Княжества Финляндского, в число родов баронских, под N. 9. Именным Высочайшим указом, от 11 октября 1907 года, гофмейстеру Высочайшего Двора Алексею фон-Кноррингу, шталмейстерам Высочайшего Двора Альфреду и Константину фон-Кноррингам, камергеру Высочайшего Двора Михаилу фон-Кноррингу, полковникам Владимиру и Андрею фон-Кноррингам, штабс-ротмистру Николаю фон-Кноррингу, почетному мировому судье Густаву фон-Кноррингу и дворянину Понтусу фон-Кноррингу, с нисходящим потомством, дозволено пользоваться в России баронским титулом».

А. Г. фон-Кнорринг родился в имении Вайссенфельд (мыза Килтси) вблизи Гапсалиса/Хаапсалу. Служил в леб.-гв. Кирасирском полку Ее Величества, затем перешел на гражданскую службу. Гофмейстер Высочайшего Двора, Тайный советник, чиновник по особым поручениям при министре Имп. Двора и уделов. Награжден 11-ю российскими орденами: Белого Орла, св.Владимира 2-й ст., св.Станислава 1-й ст., св.Анны 1-й ст., и всеми нижестоящими; и иностранными орденами: Почетного Легиона (офицерский крест), персицким Льва и Солнца 3-й ст., итальянским Короны (офицерский крест), японским Восходящего Солнца 5-й ст., румынским Короны 2-й ст., румынским Звезды 3-й ст., бельгийским Леопольда II-го (офицерский крест), шведским Полярной Звезды (кавалерский крест), черногорским князя Даниила I-го 3-й ст., нидерландским Дубового венка (офицерский крест).
Алексей Густавович был страстным поклонником сельского хозяйства. Он был президентом Имп. Русского общества птицеводов и почетным членом Имп. Российского общества плодоводов. Также он был известным садоводом-огородником, например, он возглавлял отдел садоводства на всероссийской выставке в Н.-Новгороде 1896 г.
Все свободное от службы время фон-Кнорринг проводил в эстляндских имениях, в Куоккале не проживал, и вероятно сразу продал унаследованный участок.

Оба брака Алексея Густавовича были неординарные.
В 1873 г. его 1-й женой стала Аглая Николаевна (урожд. Волкова) (1837—1912 СПб), дочь Николая Аполлоновича Волкова (1795—1858). Она была на 9 лет старше мужа.
В 1920 г. Алексей Густавович женился второй раз, на графине Марии Дмитриевне Апраксиной (урожд. Рахмановой) (1845—1932 Париж, кл.Ст.-Женевьев-де-Буа); ему было 72г., ей 75 лет. Первый муж Марии Дмитриевны – граф Антон Степанович Апраксин (1817—1899), генерал-майор, шталмейстер Двора, владелец Апраксина рынка.

Отец Алексея Густавовича - Густав-Вильгельм-Адольф фон-Кнорринг (1797 им.Вайссенфельд (мыза Килтси) — 1866 Гапсалис/Хаапсалу). Мать Екатерина Александровна (урожд. фон-Рюдингер) (1808 — 1867 мыза Асукюля вбл.Гапсалиса), дочь Александра Карловича Ридингера от 1-го брака. Старшие братья: Густав Густавович (1842 им.Вайссенфельд (мыза Килтси) — 1875 Ревель/Таллинн), железнодорожный чиновник в Ревеле, наследник мызы Килтси (у него в роду есть 3 полных тезки); Николай Густавович (1844 им.Вайссенфельд (мыза Килтси) — 1905 СПб), чиновник Собственной Е.И.В. канцелярии ведомства по делам Имп. Марии в чине Статский советник (у него в роду 2 полных тезки). Сестры: Маргарита (в замуж. Юрьева) (1833 — 1859), Анна (в замуж. фон-Баранофф) (1835 — 1869), Екатерина (в замуж. графиня фон-Адлерберг) (1837 — 1909), Мария (1839 — 1846).

Участок Алексея Густавовича фон-Кнорринга перешел к купцу Крючкову.

Иван Семенович Крючков (19.07.1849 С.-Петербург — 22.06.1917 Петроград). Родители его родом из деревни Медведево, погоста бывшая Александрова пустынь (со статусом села), Николо-Задубровской волости, Рыбинского уезда, Ярославской губернии. Его отец Семен Степанович Крючков, мать Евдокия Харитоновна, урожденная Апраксина. С. С. Крючков переехал в С.-Петербург и открыл свое дело. К середине 1860-х гг. Семен Степанович держал в СПб мелочные и бакалейные лавки на Гороховой ул., 31 и Казанской ул., 19, мучной лабаз и, вероятно, пекарню и питейное заведение. Семен Степанович Крючков оставался в крестьянском сословии и купцом (по сословию) не был. После его смерти мелочно-бакалейные лавки, лабаз и пекарню унаследовала Екатерина Алексеевна Крючкова, сестра его старшего брата Александра Семеновича Крючкова.
С. С. Крючков решил дать сыну надлежащее образование и отдал Ивана в Реформатское училище С.-Петербурга. Основным контингентом там были лютеране/реформаты, но и русских учащихся было много, в основном детей купцов и богатых мещан/крестьян. Училище давало качественное и недорогое образование (в середине XIX в. стоимость обучения составляла там 60 р. в год, а в купеческом Коммерческом училище - 200 р.). Главным были коммерческие знания и языки. Разумеется, Иван Крючков отлично изучил немецкий.
С совершеннолетием 21-летний Иван Крючков начал собственное дело (вероятно с помощью отца). В 1872 г. он стал содержателем винного погреба на Б.Охте и из крестьян перешел в купеческое 2-й гильдии сословие. Из отцовской квартиры на Гороховой ул., 31 он со временем переехал в квартиру поблизости, на Гороховую, 11/25 в доме Елисеева. В течение 1870-х гг. Крючков от винной торговли перешел к фруктовому делу. Винная (т.е. крепкая алкогольная) торговля облагалась немалыми налогами - акцизный сбор на товар и патентный сбор на заведение. Вероятно Крючков просчитал все плюсы и минусы, и решил сменить сферу деятельности. Вот в этот небольшой промежуток времени перехода от винной к фруктовой торговле, 1876-1879 гг., гипотетически была возможна работа Крючкова на фирму Елисеевых. Но уже к 1880 г. охтинский винный погреб Крючкова стал фруктовой лавкой, а главные свои лавки Крючков разместил в Апраксином дворе. Дела Ивана Крючкова «пошли в гору», в 1890 г. он стал купцом 1-ой гильдии. Ему принадлежала оптовая и розничная торговля в магазинах фруктового и бакалейного товара на территории современного Апраксина двора: Апраксин Двор, Ягодные ряды №№25,26,27; Торговый Двор, кладовые №№ 157,158; Фруктовый Пассаж, магазины №№ 281,282,283,294. Также Крючков был известным в СПб производителем варенья.
Домовладелец: Чернышев пер., 16 и 18; Коломенская, 15/Кузнечный, 1; Бассейная, 56; Большой, 51. Потомственный почетный гражданин, коммерции советник. Дослужился до чина Статский советник.

Крючков невероятно много занимался общественным служением. Вот некоторые из его должностей: председатель Петербургской купеческой управы, выборный от купеческого сословия, гласный городской Думы, член Совета Министерства торговли и промышленности, член Учетно-ссудного комитета конторы Госбанка, член совета общества Взаимного кредита, член совета Сибирского торгового банка, гласный Портовой биржи, член совета Торговой биржи, член совета Фруктовой, чайной и винной биржи, член совета Торговли и мануфактур, почетный мировой судья СПб, член городской комиссии по коренному улучшению финансов СПб. Также Крючков был членом правления и казначеем Императорского Российского общества плодоводов. Он входил в попечительства нескольких учебных заведений и благотворительных обществ: председатель Ярославского благотворительного общества, почетный блюститель министерских имени Симеона и Евдокии Крючковых училищ, член попечительного комитета соединенных училищ дальнего плавания и судовых механиков торгового флота Императора Петра I, член совета Общества Маяк, член попечительного совета Торговой школы Императора Николая II.

Жена И. С. Крючкова, с 27.01.1880, Ксения Арсеньевна Крючкова (11.02.1861 - 20.06.1940 Ленинград), урожденная Козлова, известная благотворительница. Пять дочерей: Евдокия (в замуж. фон Шталь-Хан), Надежда, Вера (в замуж. Шеина), Нина (в замуж. Гаевская, позже Теванто), и Наталья. Сын Семён умер во младенчестве.

Также известна сестра Ивана Семеновича - женщина-врач Александра Семеновна Крючкова (04.04.1853 - 02.07.1931 Ленинград). Окончила Высшие женские курсы в С.-Петербурге по врачебной специальности, практику проходила в Обуховской больнице. Около 1885 г. уехала на малую родину в Ярославскую губ., служила земским врачом Рыбинского уезда. В 1890 г. вернулась в С.-Петербург и поступила на службу в городскую барачную больницу (Боткинские холерные бараки) вторым врачом. В 1891 г. получила место думского врача Казанской части (думские врачи содержались на средства городского самоуправления (городской думы) для оказания помощи неимущим). Также служила врачом приюта Ярославского благотворительного общества. Совладелица дома по Лейхтенбергской, 14 вместе с племянницей Евдокией фон-Шталь (дочерью И. С. Крючкова). После революции проживает в Петрограде/Ленинграде, по своему дореволюционному адресу Екатерининский кан. (канал Грибоедова), 35. Работала врачом квартирной помощи до 1929/1930 г.

И.С. Крючков трагически погиб в июне 1917 года, неудачно упал при посадке в трамвай.

Подробнее о детях И. С. Крючкова:
- Евдокия Ивановна фон-Шталь-Хан (урожд. Крючкова) (17.01.1881 СПб - 19.02.1959 Хельсинки). В 1902 г. (точная дата замужества 06.11.1902) ее мужем стал Александр-Вильгельм Александрович фон Шталь-Хан (1880 — ?), юрист. С 1902 г. он служил секретарем Коломенско-Адмиралтейского отдела общества попечения о бедных и больных детях «Синий крест» (такая деятельность считалась госслужбой, с чинами и выслугой лет). Отдел включал детскую столовую, дневное убежище, временное убежище для бесприютных детей школьного возраста и ясли. С 1908 г. столоначальник - мировой судья уч.50 СПб (этот участок простирался от Знаменской пл. до Обводного и Лавры, включая Николаевский вокзал; камера мирового судьи (т.е. офис) находилась на Гончарной 25). Дослужился до чина Коллежский асессор.
Дети: Ксения, в замужестве Ненонен (06.09.1903 - 1996 Хельсинки), Александр (21.07.1905 - 17.07.1984), Евгения (20.01.1911 - ?). Сын, Александр Александрович фон Шталь-Хан младший (1905 — 1984 Хельсинки). В 1930-е гг. жил с семьей в Уусикиркко. После 1944 г. жил в Буэнос-Айресе, работал в банке. После смерти первой жены в 1960-1970-е гг. вернулся в Финляндию. Вступил во второй брак с овдовевшей Милицей Константиновной Воробьёвой (урожд. Миклуха).
Отец Александра-Вильгельма, Александр-Фридрих-Вильгельм (Александр Фёдорович) фон-Шталь-Хан (1850 СПб — 1952 Хельсинки), прожил 102 года(!). Фон-Шталь получил титул Хан и соответствующую приставку к фамилии будучи министром почты в Персии, обычно его фамилия писалась «хан Шталь». Он окончил Императорский Горный институт, служил горным инженером - геологоразведчиком нефти и газа, почти 30 лет провел в Персии, в конце XIX века - почтовый министр Персии. В 1899/1900 г. вернулся в Россию и снова занялся разведкой нефти. Член Императорского Географического общества, художник-любитель, автор многочисленных научных работ. В 1910 г. приобрел дачу в Уусикиркко, постоянно проживал на ней до 1939 г. Мать Людмила Богдановна (урожд. Конради). Кроме сына Александра, в семье были дочери Мария (в замуж. Евланова) и Жозефина (в замуж. Агапова).
Евдокия Ивановна увлекалась Фотографией, благодаря ей в семейном архиве есть фотографии, сделанные в Уусикиркко и Келломяках. Ее дочь Ксения вспоминала: "Хобби моей мамы была фотография. Ей нужно было снять с высоты.".
Дочь Евдокии Ивановны Евгения оставила чудные воспоминания о даче дела в Куоккале, см. фрагмент этих воспоминаний ниже, под фотографиями.
- Вера Ивановна Шеина (урожд. Крючкова) (31.07.1884 СПб — 30.04.1972 Хельсинки). В 1912 г. ее мужем стал Борис Дмитриевич Шеин (1884 — 24.04.1927 Куоккала). Он окончил Орловский Бахтина кадетский корпус в 1902г. и Александровское военное училище в 1905 г. Выпущен в 91-й пехотный Двинский полк. В 1908 г. он перевелся в гвардию, был прикомандирован к лейб.-гв. Павловскому Полку в СПб, переведен из поручиков в подпоручики гвардии. С 1913 г. штабс-капитан лейб.-гв. Павловского полка, прикомандированный к «Пенсионному и по службе нижних чинов отделу Главного штаба». С 1915 г. капитан, после 1916 г. – подполковник. По некоторым данным был полковником лейб.-гв. Павловского полка, возможно получил этот чин в Белой армии. В эмиграции был не во Франции, как обычно пишут, а в Финляндии, в Куоккале, где и умер в 1927 г. Семья Шеиных проживала в СПб в Чернышевом пер., 16, в доме отца/тестя И.С. Крючкова.
- Нина Ивановна Гаевская (урожд. Крючкова) (15.12.1887 СПб — 11.10.1973 Хельсинки). Ее первым мужем был Ян Зигмунд Вилжинский (22.2.1891 - 09.01.1970 Монпелье, Франция), поляк по происхождению. В период после 1919 г. ее мужем стал Иван Александрович Гаевский (ок.1887 — ?), инженер-технолог, католического исповедания. По С.-Петербургу о нем информации нет. Зато есть информация по Куоккале. «Гаевский Иван Александрович, 34 года, инженер-технолог, римско-католического вероисповедания, и Нина Ивановна (ур. Крючкова), 33 лет, в селении Куоккала» (это на 1921 г.). «Спасо-Преображенская церковь Куоккала. Крещение 1921-12-18. Гаевский Иван Александрович, дочь Ирина. Восприемники: Шеин Борис Дмитриевич, подполковник, и Шталь Евдокия Ивановна, жена пот. двн.» «Спасо-Преображенская церковь Куоккала, исповедь 1929-01-01. Гаевский Юлий Иванович, 9 лет и его сестра Ирина, 7 лет, дети Гаевского Ивана Александровича.»
- Надежда Ивановна Крючкова (18.06.1883 - 29.03.1929 Ленинград), замужем не была.
- Наталья Ивановна Крючкова (05.08.1889 - 10.07.1929 Ленинград), замужем не была.
- Семён Крючков, умер во младенчестве.

Нина Крючкова поступила в Петрограде в художественную школу и ее отец И. С. Крючков решил построить рядом с дачей в Куоккале отдельную студию, где Нина могла бы заниматься. Было выбрано место, восточнее основного дома, подготовлен фундамент, завезены брёвна. Здание было частично построено, но, после трагической смерти И. С. Крючкова строительство прекратилось и позднее его вдова продала строительный материал. Остался только фундамент.

Согласно завещанию И. С. Крючкова в случае его смерти дача должна была перейти к его жене Ксении Андреевне. Однако, этому не суждено было сбыться, после революции граница с Финляндией была закрыта, а его жена и дочери Надежда и Наталия остались в Советской России, судьба их пока не известна. Однако двум другим дочерям - Вере, в замужестве Шеиной, и Нине, в замужестве Гаевской - удалось перебраться в Куоккалу и поселиться в семейной даче. Со временем им удалось официально оформить собственность на себя. Через некоторое время Вера переехала в Уусикиркко к своей сестре Евдокии, а Нина продолжала жить в Куоккале с двумя детьми - Ириной и Юлием. Позже они перебрались в Хельсинки и приезжали в Куоккалу только на лето. Нина и Вера дачу в Куоккале не продали, но сдавали ее летом, в том числе женской организации "Лотта Свярд" для размещения в ней пансионата «Дачи Лотт». Этот пансионат располагался в разных дачах по всей Куоккале, его обслуживали члены куоккальского отделения "Лотта Свярд" (известно как минимум 5 дач Лотт). После войны Нина, как и другие собственники утерянного имущества, оказавшегося на территории СССР, получила от финляндского государства небольшую компенсацию. В Финляндии Нина изменила фамилию на Теванто (Tevanto).
В 1947 году, вероятно, в процессе оформления документов на компенсацию за утерянное имущество, Юлий Теванто подготовил подробный план усадьбы И. С. Крючкова, позволяющий ознакомиться с устройством усадьбы в мельчайших подробностях. План любезно предоставлен М. Виртанен, дочерью Ирины Теванто. План прекрасно иллюстрируется фотографиями усадьбы из архивов Б. фон Шталь-Хан и М. Виртанен, также представлены на этой страничке.

На участке Ридингера, в дюнах была еще одна дача, где позже разместился санаторий «Репино». Снесена при постройке новых корпусов. В 1941-44 гг. в этой даче размещался командный пункт финского 27-го пехотного полка 18-й дивизии.

В советское время дача фон-Кнорринга/Крючкова вошла в состав санатория "Репино", на фотографии 1950 г. можно увидеть то же крыльцо, что на фото 1902 г. Сохранились элементы балюстрады и лестницы (балюстрада просматривается на снимке 1902 г., на снимке 1950 г. она закрыта разросшимися кустами).

В настоящее время в даче размещается общежитие работников санатория "Репино". Крыльцо с фотографий 1902 и 1950 годов закрыто пристроенными сенями.

На участке фон-Кнорринга/Крючкова есть еще несколько объектов.

Здание советской постройки вблизи дачи фон-Кнорринга/Крючкова, на том же участке. Предположительно, это был клуб санатория «Репино», после возведения каменных корпусов перепланированный под жилье персонала. Возможно, здание клуба было построено «в стилистике» стоявшего неподалеку на той же дюне здания дачи Коренчевского/столовой санатория, во всяком случае деревянные «дорические пилястры» использованы на фасадах обоих зданий, что не так часто встречается, правда на советском здании этот прием доведен до гротеска.

Вплотную к зданию клуба находится гранитный фундамент непостроенной студии Нины Крючковой и остатки лестницы с дюны в сторону шоссе. Сразу за фундаментом начинается участок Коренчевского и территория «собственно» санатория, дюна срыта, старых строений не осталось.

Под дюной сохранился небольшой сарайчик и это точно не туалет.

Подробнее о семье Ридингеров

Фотографии из семейного архива М. Костоломова, фонда музея-усадьбы И. Е. Репина "Пенаты", архива Б. фон Шталь-Хан, архива М. Виртанен.
Современные фотографии П. Корвенкюля, В. Мудрова, А. Браво, Т. Влади.
Справку подготовили П. Корвенкюля, А. Браво, 15.04.2016 г. Последняя редакция: 05.04.2020 г.

Фрагмент воспоминаний Евгении фон Шталь-Хан, внучки И. С. Крючкова, о даче деда в Куоккале. Перевод с шведского А. фон Шталь-Хан.

"Иногда летом мы были у бабушки, на ее роскошной даче на побережье в Куоккала, Финляндия. Дача располагалась на высоком холме, за дюнами и,иногда, можно было разглядеть очертания русской крепости Кронштадт на горизонте. К территории дачи относились так же лес и поля: это было целое хозяйство. Но бабушка не заботилась о фермерстве, поля были сданы в аренду, а для собственных нужд жили лошадь и корова. Вместо этого, территорию переделали в настоящий парк мечты: двор с фонтаном, прекрасные каменные лестницы и балюстрады, возле которых стояли каменные урны с цветами, беседка с ярким, разноцветным стеклом. Сквозь дюны шли арочные романтические дорожки до морского берега и шум стремительных вечных волн доносился до самого дома. Во время осенних штормов море поднималось до дюн и приносило различные предметы, которые оно украло у моряков и рыбаков. На другой стороне парка был теннисный корт, посыпанный мелкой кирпичной крошкой , теплица и на зелёном поле рядами стояли яблони. Другими словами: здесь не нужно было мечтать о сказочной стране - ты уже был в ней.

Любитель приключений, каковым я была, один раз я сбежала от Эллахен и остальных и отправилась в одиночное путешествие по парку, который я не знала со всех его сторон и углов. Действительно! Я нашла чудесный маленький мост над романтичным склоном, среди папоротников и тени больших деревьев…

Помимо прочего, у дома была башня: ты поднимался по лестнице в светлую комнату, на стенах которой были веселые детские обои: картинки на них - только собаки, большие и маленькие. Комната раньше была игровой для мамы и ее сестер, когда они были маленькими. Там все ещё стояла коляска для куклы, - светло-голубого цвета, детский зонтик с кошками по краю...

Осенью мама [Евдокия фон Шталь-Хан, урожд. Крючкова] решила что мы, дети , выглядим бледными, и что для нас будет полезно побыть за городом. Куоккала находится очень близко к Петербургу, поэтому папа мог приезжать в воскресенье… Бабушка и сестры мамы были в Куоккала в течении бабьего лета, молодые и счастливые: тетя Вера и тетя Нина шутили и играли с нами, собирали грибы в парке, рассказывали истории. На лестничной площадке верхнего этажа стояли большие корзины с яблоками, и сладкий, свежий запах заполнял все вокруг. Бабушка ходила и приводила все в порядок с холодным достоинством... дедушка уже умер, однажды, когда мы были в Уусикиркко, пришло печальное известие, которое дало мне повод задуматься: дедушка умер, несчастный случай. Он должен был зайти в трамвай, но потерял равновесие, ударился и умер. И это когда у него в городе были свои лошади! Он был моим крёстным отцом и мне его не хватало. Многие считали, что у него тяжёлый характер, но он был много чем занят: помимо коммерции, он был заинтересован в социальной работе и хотел помочь людям найти путь к знаниям и процветанию - он не экономил, давая деньги школам и другим социальным направлениям. Но свое состояние он создал сам, благодаря своему сильному чувству к ведению дел и тем, что был приятным в общении. Когда он хотел - он мог очаровать людей. К нам, детям, он всегда был добр и сердечен. Он умел рассказывать самые безумные и странные вещи с самым серьезным выражением лица: только глаза блестели озорно. У него всегда были полные карманы сливочных карамелек, когда он сажал меня на колени.
...
Мама очень хотела применять новейшие модели в воспитании, она, которая всегда хотела читать о всех новых научных открытиях и которая была отличницей во все школьные годы и окончила женскую гимназию с золотой медалью...Хобби моей мамы в 9 лет было решать арифметические задачи. Когда ее тетя - врач в Санкт-Петербурге (и моя крестная мама) пришла в гости, моя мама повисла на ее юбке и просила: "давайте мы что-нибудь посчитаем."

Rambler's
Top100 page counter