Три года спустя.
Приозерск
Модераторы: автодоктор, Vladimir S. Kotlyar
Re: Приозерск
Re: Приозерск
В теме про Сестрорецк выкладывал снимок с медвежатами, как оказалось это Приозерск, бывшая усадьба Ампиала.
- 2030587 Дом отдыха _Речник_.jpg (347.95 КБ) 1213 просмотров
-
Сергей Ренни
- Сообщения: 4278
- Зарегистрирован: Пн сен 28, 2009 7:55 pm
- Защита от спама: Нет
Re: Приозерск
Старое и Новое... Открытка фотоателье Рённ. Отправлена из Кякисалми в Хельсинки 21.12.1936 г.
Re: Приозерск
Оказывается отец президента Финляндии Александра Стубба Йоран родился в Кякисалми, в 1935 году. Он известный хоккейный менеджер и функционер, возглавлял финскую хоккейную ассоциацию. А его отец, Кнут Вольмар, работал главным бухгалтером на заводе Вальдхоф.
https://digi.kansalliskirjasto.fi/sanom ... hof&page=4
https://digi.kansalliskirjasto.fi/sanom ... hof&page=4
Re: Приозерск
Есть в финском городе Хейнола музей Кякисалми. Случайно наткнулся на его сайт. Там есть глава про Ампиалу. И в ней про владельцев сказано вот что:
Одной из самых больших усадеб в районе Кякисалми была Йоэнсуу Хови, обширные земельные владения которой простирались прямо до города. Усадьба принадлежала русской семье Леонтьевых. Первоначально усадьба была продана агроному Освальду Лангу, который, в свою очередь, продал её своему брату Алексею. После этого владельцем поместья стал Юхо Ампиала из Центральной Финляндии. Он искал плодородные земли для земледелия, и в Карелии их было предостаточно. В сельском муниципалитете Кякисалми, на берегу озера Остама, на берегу реки Понтус (Понтус де ла Гарди), впадающей в Ладожское озеро, была найдена ферма подходящего размера со зданиями, которую Юхо Ампиала купил у Алекса Ланга, директора Куркийокиской сельскохозяйственной школы, 3 ноября 1892 года, заплатив за нее 50 000 марок.
https://kakisalmimuseo.fi/kakisalmi-mus ... -kesakoti/
А вот что сказано в книге "Приозерская земля: история и культура" А. П. Дмитриев, А. И. Лихой 2003 г.:
В середине XIX века поместьем владел русский купец Васильев, позже его приобрел торговец землей Хакли. В 1896 году оно стало собственностью агронома Освальда Лянга, через 4 года его перекупил ректор Школы земледелия Аксель Эдвард Лянг, а ещё через 2 года - землевладелец Йохан Ульрих. Наконец, хозяином усадьбы стал Юхо Ампиала, чьё имя закрепилось в её названии с начала XX века.
Заинтересовала меня сначала фамилия Леонтьев. Полез в журнал межевания и в списки жителей. Огромный участок №1 Joensuu в полторы тысячи гектар был поделен на три примерно равные части. Так вот Ампиала потом была выделена из первой части (1-1), а вторая и третья части (1-2 и 1-3) составили большую усадьбу Йоенсуу.
Леонтьевы владели именно Йоенсуу и к Ампиале отношения не имели. А вот Николай Васильев да, жил в будущей Ампиале, только он был не купец, а сын подполковника Александра Павловича Васильева.
А купцом был некто Иван Савельев, некоторое время владевший этой территорией до Васильевых.
Интересна так же и наиболее ранняя русская фамилия в истории Ампиалы. Скорее всего она звучала как Косаговский. Павел Петрович Косаговский (1773-1831(?)) был подполковником 2-го Гренадерского полка, известного потом как Кексгольмский полк. Он и его жена Анна Яковлевна Титова владели территорией Ампиалы с 1825 по 1852 год. Завещание жены, опубликованное в газете в 1852 году, являет собой образец жанра:
Ныне покойная вдова подполковника Анна Касакоффская при жизни составила следующее завещание. Перевод. Во имя Бога Отца, Сына и Святого Духа, я, нижеподписавшаяся вдова покойного подполковника Павла Касаговского, Анна Яковлева Титофф, сочла целесообразным, поскольку я в здравом уме и с чистой памятью, при жизни составить это завещание на случай моей смерти, которая может произойти по воле Божьей, и также без принуждения и с разрешения всеми возможными способами отменить все завещания, составленные мной до настоящего дня, настоящим постановляю следующее:
Все мое имущество, как недвижимое, так и движимое, такое как участки №19 и 20 в городе Кексхольм, налоговое поместье Йоэнсуу, участок № 1, состоящее из дома, расположенного в приходе Кексхольм в южном районе Кексхольма, различные предметы домашнего обихода, скот и все остальное без исключения, а также денежный капитал, состоящий из депонированных под проценты векселей Национального кредитного банка, я завещаю и оставляю после своей смерти моему избранному наследнику и племяннику Алексею Александрову Титоффу, за исключением следующих предписанных мной пояснений, которые он должен сделать в следующем порядке:
1. После моей смерти он должен похоронить меня в соответствии с моим имуществом, используя для этого триста рублей серебра, из которых сто рублей серебра должны быть выплачены духовенству нынешнего собора, церковной службе и пекарне для похорон, погребения и совершения торжественной мессы, а также поминальной службы в течение сорока дней после дня моей смерти.
2. Изготовить светлый золотой или серебряный саван из марли и передать его на благо нынешнего Кафедрального собора Рождества Пресвятой Богородицы стоимостью пятьдесят серебряных рублей.
3. Изготовить и установить для меня надгробный камень с соответствующей надписью стоимостью пятьдесят серебряных рублей.
4. Приобрести и заказать два светлых золотых или серебряных мундира и рубашку с золотой или серебряной марлевой отделкой стоимостью сто сорок три серебряных рубля для ризницы нынешнего Кафедрального собора.
5. В память обо мне и моих родственниках в нынешнем Кафедральном соборе Рождества Пресвятой Богородицы триста серебряных рублей должны быть внесены в Национальный кредитный банк, а полученный оттуда вексель должен быть передан на хранение в указанный Кафедральный собор в пользу духовенства.
6. В память обо мне и моих родственниках и во имя учения Псалтири тридцать рублей серебра следует завещать монастырю Валаам, а Коневцу — сто сорок три рубля серебра согласно обещанию.
7. Желаю и молюсь, чтобы образ Божией Матери из Тихвина с жемчугом, драгоценными камнями и серебряной лампой был навеки помещен в нынешний Кафедральный собор Рождества Пресвятой Богородицы, а принадлежащее мне кольцо с бриллиантовой огранкой было помещено в нимб этого святого образа.
8. Жене майора Петра Осиповича Шпаковского, Екатерине Александровне, урожденной Канаефф, следует завещать двести восемьдесят пять рублей серебра.
9. Дочери Екатерины Шпаковской, Александре, дарить серебряную форму с золотой застежкой, полдюжины серебряных столовых ложек и пятьдесят рублей серебра, Ольге также полдюжины серебряных столовых ложек и пять предметов по десять рублей серебра, а им вместе девять серебряных столовых ложек, серебряный молочник, лопатку, ложку и десертную ложку, все из серебра, общим весом три марки и ее сыну Василию пятьдесят рублей серебра.
10. Сыновьям моей покойной племянницы Марии Александровны Игнатия, Владимиру и Василию, пятьдесят и пятьдесят рублей серебра.
11. Детям и жене моего племянника Михаила Титова вместе сто пятьдесят рублей серебра.
12. Жене моего покойного племянника Александра Тимофеевича Канаева, Авдотьи Яковлевой, пятьдесят рублей, ее дочерям Марии — пятьдесят рублей, Анне — пятьдесят рублей, Елене — пятьдесят рублей, все серебром.
13. Жене Коллежского секретаря Марии Маториной — тридцать рублей серебра.
14. Моя внебрачная дочь Татьяна, если будет хорошо себя вести, будет освобождена и получит тридцать рублей серебра. И я заключаю распоряжение, чтобы это мое завещание было священно и безотзывно исполнено моим главным управляющим и племянником Алексеем Александровичем Титовым как после моей смерти полноправным владельцем моего движимого и недвижимого имущества, а также денежного капитала. Аминь.
Настоящее завещание составлено по диктовке завещательницы младшим офицером Василием Ивановым Титневым. Город Кексхольм, 7 (19) мая 1847 года. Настоящее завещание подписано вдовой подполковника Анной Касакоффской. Во время составления завещания присутствовал её духовник, старший священник Кексхольмского собора Рождества Пресвятой Богородицы, настоятель Иван Каченовский. Свидетели: Гаврила В. Лисицин, Петр Баяринов, Александр Кальюнен. Точность перевода подтверждена Фред. Вильгельмом Фабрициусом.
Теперь про Леонтьевых. Имением Йоенсуу с 1856 года владел купец и заводчик Павел Яковлевич Леонтьев (1823-после 1887). После его смерти владельцем стал его (вероятно) племянник - Василий Васильевич Леонтьев (1863-1926). Это та самая семья Леонтьевых-владельцев ткацкой фабрики на Ждановке, где родится будущий нобелевский лауреат. Только отец лауреата - это брат нашего Василия Васильевича, тоже Василий Васильевич, но от другой матери. Усадьба Леонтьевых находилась на берегу Вуоксы, это нынешний поселок Бойцово. На карте 1913 года место так и называется - Leontjeff. После 1917 года усадьбу продали муниципалитету и там разместился дом престарелых. Судя по всему, он и сейчас цел.
Одной из самых больших усадеб в районе Кякисалми была Йоэнсуу Хови, обширные земельные владения которой простирались прямо до города. Усадьба принадлежала русской семье Леонтьевых. Первоначально усадьба была продана агроному Освальду Лангу, который, в свою очередь, продал её своему брату Алексею. После этого владельцем поместья стал Юхо Ампиала из Центральной Финляндии. Он искал плодородные земли для земледелия, и в Карелии их было предостаточно. В сельском муниципалитете Кякисалми, на берегу озера Остама, на берегу реки Понтус (Понтус де ла Гарди), впадающей в Ладожское озеро, была найдена ферма подходящего размера со зданиями, которую Юхо Ампиала купил у Алекса Ланга, директора Куркийокиской сельскохозяйственной школы, 3 ноября 1892 года, заплатив за нее 50 000 марок.
https://kakisalmimuseo.fi/kakisalmi-mus ... -kesakoti/
А вот что сказано в книге "Приозерская земля: история и культура" А. П. Дмитриев, А. И. Лихой 2003 г.:
В середине XIX века поместьем владел русский купец Васильев, позже его приобрел торговец землей Хакли. В 1896 году оно стало собственностью агронома Освальда Лянга, через 4 года его перекупил ректор Школы земледелия Аксель Эдвард Лянг, а ещё через 2 года - землевладелец Йохан Ульрих. Наконец, хозяином усадьбы стал Юхо Ампиала, чьё имя закрепилось в её названии с начала XX века.
Заинтересовала меня сначала фамилия Леонтьев. Полез в журнал межевания и в списки жителей. Огромный участок №1 Joensuu в полторы тысячи гектар был поделен на три примерно равные части. Так вот Ампиала потом была выделена из первой части (1-1), а вторая и третья части (1-2 и 1-3) составили большую усадьбу Йоенсуу.
- Снимок_1.JPG (85.4 КБ) 134 просмотра
- Снимок_2.JPG (80.39 КБ) 134 просмотра
- Снимок_3.JPG (85.17 КБ) 134 просмотра
- Снимок_4.JPG (93.06 КБ) 134 просмотра
- Снимок_5.JPG (88.3 КБ) 134 просмотра
Леонтьевы владели именно Йоенсуу и к Ампиале отношения не имели. А вот Николай Васильев да, жил в будущей Ампиале, только он был не купец, а сын подполковника Александра Павловича Васильева.
- 1875.JPG (31.88 КБ) 134 просмотра
А купцом был некто Иван Савельев, некоторое время владевший этой территорией до Васильевых.
- 1854.JPG (38.67 КБ) 134 просмотра
Интересна так же и наиболее ранняя русская фамилия в истории Ампиалы. Скорее всего она звучала как Косаговский. Павел Петрович Косаговский (1773-1831(?)) был подполковником 2-го Гренадерского полка, известного потом как Кексгольмский полк. Он и его жена Анна Яковлевна Титова владели территорией Ампиалы с 1825 по 1852 год. Завещание жены, опубликованное в газете в 1852 году, являет собой образец жанра:
Ныне покойная вдова подполковника Анна Касакоффская при жизни составила следующее завещание. Перевод. Во имя Бога Отца, Сына и Святого Духа, я, нижеподписавшаяся вдова покойного подполковника Павла Касаговского, Анна Яковлева Титофф, сочла целесообразным, поскольку я в здравом уме и с чистой памятью, при жизни составить это завещание на случай моей смерти, которая может произойти по воле Божьей, и также без принуждения и с разрешения всеми возможными способами отменить все завещания, составленные мной до настоящего дня, настоящим постановляю следующее:
Все мое имущество, как недвижимое, так и движимое, такое как участки №19 и 20 в городе Кексхольм, налоговое поместье Йоэнсуу, участок № 1, состоящее из дома, расположенного в приходе Кексхольм в южном районе Кексхольма, различные предметы домашнего обихода, скот и все остальное без исключения, а также денежный капитал, состоящий из депонированных под проценты векселей Национального кредитного банка, я завещаю и оставляю после своей смерти моему избранному наследнику и племяннику Алексею Александрову Титоффу, за исключением следующих предписанных мной пояснений, которые он должен сделать в следующем порядке:
1. После моей смерти он должен похоронить меня в соответствии с моим имуществом, используя для этого триста рублей серебра, из которых сто рублей серебра должны быть выплачены духовенству нынешнего собора, церковной службе и пекарне для похорон, погребения и совершения торжественной мессы, а также поминальной службы в течение сорока дней после дня моей смерти.
2. Изготовить светлый золотой или серебряный саван из марли и передать его на благо нынешнего Кафедрального собора Рождества Пресвятой Богородицы стоимостью пятьдесят серебряных рублей.
3. Изготовить и установить для меня надгробный камень с соответствующей надписью стоимостью пятьдесят серебряных рублей.
4. Приобрести и заказать два светлых золотых или серебряных мундира и рубашку с золотой или серебряной марлевой отделкой стоимостью сто сорок три серебряных рубля для ризницы нынешнего Кафедрального собора.
5. В память обо мне и моих родственниках в нынешнем Кафедральном соборе Рождества Пресвятой Богородицы триста серебряных рублей должны быть внесены в Национальный кредитный банк, а полученный оттуда вексель должен быть передан на хранение в указанный Кафедральный собор в пользу духовенства.
6. В память обо мне и моих родственниках и во имя учения Псалтири тридцать рублей серебра следует завещать монастырю Валаам, а Коневцу — сто сорок три рубля серебра согласно обещанию.
7. Желаю и молюсь, чтобы образ Божией Матери из Тихвина с жемчугом, драгоценными камнями и серебряной лампой был навеки помещен в нынешний Кафедральный собор Рождества Пресвятой Богородицы, а принадлежащее мне кольцо с бриллиантовой огранкой было помещено в нимб этого святого образа.
8. Жене майора Петра Осиповича Шпаковского, Екатерине Александровне, урожденной Канаефф, следует завещать двести восемьдесят пять рублей серебра.
9. Дочери Екатерины Шпаковской, Александре, дарить серебряную форму с золотой застежкой, полдюжины серебряных столовых ложек и пятьдесят рублей серебра, Ольге также полдюжины серебряных столовых ложек и пять предметов по десять рублей серебра, а им вместе девять серебряных столовых ложек, серебряный молочник, лопатку, ложку и десертную ложку, все из серебра, общим весом три марки и ее сыну Василию пятьдесят рублей серебра.
10. Сыновьям моей покойной племянницы Марии Александровны Игнатия, Владимиру и Василию, пятьдесят и пятьдесят рублей серебра.
11. Детям и жене моего племянника Михаила Титова вместе сто пятьдесят рублей серебра.
12. Жене моего покойного племянника Александра Тимофеевича Канаева, Авдотьи Яковлевой, пятьдесят рублей, ее дочерям Марии — пятьдесят рублей, Анне — пятьдесят рублей, Елене — пятьдесят рублей, все серебром.
13. Жене Коллежского секретаря Марии Маториной — тридцать рублей серебра.
14. Моя внебрачная дочь Татьяна, если будет хорошо себя вести, будет освобождена и получит тридцать рублей серебра. И я заключаю распоряжение, чтобы это мое завещание было священно и безотзывно исполнено моим главным управляющим и племянником Алексеем Александровичем Титовым как после моей смерти полноправным владельцем моего движимого и недвижимого имущества, а также денежного капитала. Аминь.
Настоящее завещание составлено по диктовке завещательницы младшим офицером Василием Ивановым Титневым. Город Кексхольм, 7 (19) мая 1847 года. Настоящее завещание подписано вдовой подполковника Анной Касакоффской. Во время составления завещания присутствовал её духовник, старший священник Кексхольмского собора Рождества Пресвятой Богородицы, настоятель Иван Каченовский. Свидетели: Гаврила В. Лисицин, Петр Баяринов, Александр Кальюнен. Точность перевода подтверждена Фред. Вильгельмом Фабрициусом.
Теперь про Леонтьевых. Имением Йоенсуу с 1856 года владел купец и заводчик Павел Яковлевич Леонтьев (1823-после 1887). После его смерти владельцем стал его (вероятно) племянник - Василий Васильевич Леонтьев (1863-1926). Это та самая семья Леонтьевых-владельцев ткацкой фабрики на Ждановке, где родится будущий нобелевский лауреат. Только отец лауреата - это брат нашего Василия Васильевича, тоже Василий Васильевич, но от другой матери. Усадьба Леонтьевых находилась на берегу Вуоксы, это нынешний поселок Бойцово. На карте 1913 года место так и называется - Leontjeff. После 1917 года усадьбу продали муниципалитету и там разместился дом престарелых. Судя по всему, он и сейчас цел.
- 1913.JPG (222.3 КБ) 134 просмотра
- 1.JPG (208.79 КБ) 134 просмотра
- 2.JPG (197.07 КБ) 134 просмотра