История Интересности Фотогалереи Карты О Финляндии Ссылки Гостевая Форум English version
Поиск по сайту:  © Search script adapted from spectator.ru

С. О. Войтинский в Терийоках

Предлагаемый отрывок из воспоминаний принадлежит перу Ады Львовны Левидовой (1914-2012), внучки Савелия Осиповича (Иосифовича) Войтинского, владевшего двумя дачами в Терийоки в начале ХХ века.

С. И. Войтинский
Дед со стороны матери, статский советник Савелий Иосифович Войтинский, родился в 1857 году в Двинске (сейчас Даугавпилс) в учительской семье. В конце 1870-х он приехал в Петербург, где поступил в Институт инженеров путей сообщения. После окончания института он преподавал математику в Техническом училище при Почтово-телеграфном ведомстве, в Электротехническом института имени Александра III (профессор кафедры математики с 1891 по 1906 год) и в Пажеском корпусе.

В 1883 году он женился на Валентине (Вильгельмине) Лазаревне Берман. Валентина Лазаревна родилась в 1859 году в Митаве (сейчас Елгава), также в семье учителей. В начале 1860-х семья переехала в Петербург, где Валентина Лазаревна окончила Коломенскую женскую гимназию и получила звание домашней учительницы. В середине 1880-х годов Савелий Иосифович построил в Териоках (ныне Зеленогорск) две большие дачи – «зимнюю» и «летнюю». «Зимняя» дача на улице Пеллерванкату (сейчас Красноармейская, 21) сохранилась. У террасы сохранились кусты сирени, посаженные еще первым хозяином. К 1970-м годам дача обветшала, ее разобрали и воссоздали на старом фундаменте в прежнем виде. Местоположение второй дачи в настоящее время не найдено.


Учетная карточка земельного участка 2-1246 в Терийоки, приобретенного С. О. Войтинским в 1914 г. См. расположение этого участка на карте межевания Терийоки 1923 г., сейчас примерно на этом месте на Красноармейской ул. находится школа-интернат №69

С. И. Войтинский жил на даче в Терийоках постоянно с конца 1890-х годов по состоянию здоровья, и отсюда он ездил на лекции в Электротехничекий институт. После ухода в отставку в 1906 г., он преподавал математику в Терийокском реальном училище (см. воспоминания П. Миролюбова). Одновременно он открыл в Терийоках курсы для подготовки абитуриентов к поступлению в высшие технические учебные заведения. На участке от «зимней» дачи до Приморского шоссе для учеников были построены небольшие дачи, где они жили на полном пансионе. Там же размещались и учебные комнаты.

Сохранившаяся «зимняя» дача С. И. Войтинского на улице Пеллерванкату (сейчас Красноармейская, 21). Фото А. Браво, 14.09.2013

После революции С. И. Войтинский был выбран казначеем Совета рабочих и солдатских депутатов в Терийоки. Но вскоре, когда к власти пришло буржуазное правительство, он был арестован, жестоко избит в терийокской тюрьме и в июне отпущен умирать на свою дачу к родным. С. И. Войтинский скончался 18 июня 1918 года. Валентина Лазаревна смогла вернуться в Петроград к своей дочери только в 1922 году, через Берлин. Она скончалась в 1929 году.

Дети С. И. Войтинского, слева направо: Иосиф, Владимир, Надежда и Николай
В. С. Войтинский в студенческие годы на даче в Терийоки, 1905 г.

У Войтинских было четверо детей: Иосиф, Владимир, Надежда и Николай.

Иосиф Савельевич Войтинский (1884-1943) окончил юридический факультет СПБ университета. После революции он заведовал в Московском университете кафедрой трудового права. В марте 1938 года был арестован «за контрреволюционную деятельность в области советского трудового права», в тюрьме с ним случился инсульт, от которого он и скончался.

В. С. Войтинский и его супруга Эмма Савельевна. Иркутск, 1916 г.
Надежда Савельевна Войтинская (1886-1965)
Н. С. Войтинская
Владимир Савельевич Войтинский (1885-1960) учился, как и брат, на юридическом факультете, но курса не окончил – всецело ушел в революционную деятельность. В 1905 г. он примкнул к большевикам и вступил в РСДРП. В 1908 г. он был арестован и осужден на четыре года каторжных работ. За годы тюрьмы и ссылки он пересмотрел свои взгляды, порвал с большевизмом и перешел на позиции меньшевиков. Считал, что идея большевиков о быстром перерастании демократической революции в социалистическую, не приемлема для России, которая должна остаться демократической республикой после свержения царизма. 1 ноября 1917 г. он был арестован вместе с генералом Красновым за организацию «похода Керенского-Краснова на Петроград для подавления Октябрьского вооруженного восстания». В январе 1918 г. был освобожден и выехал в Грузию, а оттуда во Францию и в Германию, затем с 1935 года в США. Там он работал в Центральном статистическом бюро и в Комитете социального обеспечения. Оставил воспоминания о своей жизни (см. фрагмент книги В. С. Войтинского "На ущербе революции" в нашей электронной библиотеке).

Надежда Савельевна Войтинская (1886-1965), мать А. Л. Левидовой, училась в гимназии Таганцевой, в рисовальной школе при Обществе поощрения художеств и на историко-филологическом отделении Высших женских (Бестужевских) курсов. После окончании гимназии она изучала живопись во Франции и в Италии, а искусство литографии в Германии. После возвращения в Петербург в 1908 г. произошло ее сближение с художниками круга «Мира искусства». В начале 1909 года издатель журнала «Аполлон» С. К. Маковский поручил Н. С. Войтинской сделать серию литографированных портретов деятелей культуры начала XX века – художников и поэтов – сотрудников «Аполлона». К сожалению, в результате ссоры между издателем и художником портреты так и не были опубликованы в «Аполлоне», а Войтинская бросила занятия литографией. Тем не менее, остались тридцать восемь литографированных портретов, которые сейчас находятся в Русском музее. Впоследствии Надежда Савельевна писала портреты и жанровые композиции. Начиная с 1909 г. она принимала участие в ряде выставок. Выставка в Гельсингфорсе летом 1917 года была самой представительной: 48 живописных работ и 9 литографий. После революции 1917 года живописью более не занималась.

Николай Савельевич Войтинский (1888-1954) окончил Технологический институт, в годы Первой Мировой войны пошел добровольцем на фронт. В январе 1918 года был назначен управляющим Выксунского металлургического завода под Нижним Новгородом. С 1923 года он – главный инженер «Волгокаспийлеса», затем переведен в Москву, где работает на предприятиях лесной промышленности. После войны – профессор Лесотехнического института.

Мы признательны Николаю Преображенскому за предоставленный нам отрывок воспоминаний А. Л. Левидовой, а также за предоставленные факсимильные изображения нескольких страниц книги В. С. Войтинского с иллюстрациями Н. С. Войтинской, выпущенной в 1914 г. и фрагмент воспоминаний В. С. Войтинского, которые мы приводится здесь же в качестве приложения.


Из воспоминаний А. Л. Левидовой

В конце 90-х годов у Савелия Иосифовича [Войтинского] обнаружили тяжелую форму диабета, и по совету врачей с 1900 года до конца жизни он живет в основном в Териоках. Продолжает читать лекции в Электротехническом институте (ездит на лекции в город). Был ли это курс лекций или эпизодические лекции, неизвестно. После ухода в отставку (в 1906 году) преподает математику в териокском реальном училище.

В 1901 году он открывает в Териоках курсы по подготовке юношей в высшие технические учебные заведения. По семейному преданию, на склоне возвышенности от зимней дачи к Коколати (Приморское шоссе) для учеников были построены небольшие дачи. В них размещались учебные комнаты и жили учащиеся – на полном пансионе. Сохранились фотографии – на занятиях в поле, по-видимому, по топографии (прибор на трех ножках). Несколько фотографий – ученики у дачи Войтинских. На этих фотографиях Савелий Иосифович и сыновья дедушки. Есть фотографии – отдых на лужайке и другие. Все они сданы в архив.

В 1901 году на курсах Войтинского учился 13-летний Алёша Толстой (будущий писатель граф Алексей Николаевич Толстой). В «Краткой автобиографии» он писал: «В 1901 году я окончил реальное училище в Самаре и поехал в Петербург, чтобы готовиться к конкурсным экзаменам. Я поступил в подготовительную школу к С. Войтинскому (в Териоках). Сдал конкурсный экзамен в Технологический институт и поступил на механическое отделение».

В 1982 году в Самаре была издана книга «А.Н. Толстой и Самара». В ней опубликованы письма Алёши Толстого к отчиму в Самару. Приведу письма, в которых он пишет о «школе» и о самом Савелии Иосифовиче.

А.А. Бострому (отчиму. – А.Л.), 20 июля 1901 г., г. Териоки:
«Дорогой папочка, вчера вечером приехал в Териоки и нынче утром был на 2 лекциях… Ну, о занятиях я тебе пока ничего не напишу, ибо еще первый день, да и тот не прошел. Только скажу, что дела по горло».

А.А. Бострому, 24 июля 1901 г., г. Териоки:
«Представьте себе, дорогие папа и мама, что я еще не получал писем. То есть (! – А.Л.), черт знает, что такое, точно остального мира, кроме наших Териок, и не существует. Выбегаю к каждому почтальону, и все нет и нет.
Занятия идут хорошо. Я, кажется, писал, что приходится заниматься часов 13 в сутки. Сперва было трудно, но потом привык. Войтинский мне очень нравится за его добросовестное и честное отношение к делу, за хорошее к нам отношение и за великолепный талант преподавать. Он говорит так увлекательно и стройно, что можно увлекаться до забвения в данную минуту сухими математическими формулами. Кормят нас тоже великолепно. Обед из 3 блюд, ужин из двух. В 5 часов дня ходим купаться на балтийскую лужу, в которой так мелко, что можно пешком до Кронштадта дойти, а он виден на горизонте чуть-чуть своими белыми вершинками. Но когда там артиллерийское ученье, то у нас стекла дрожат и стаканы прыгают.
Чудно в море купаться. Вода свежая, прозрачная, но не соленая почти, волн я не видел, оно по большей части спокойно. Сдаем мы репетиции 3 раза в неделю по разным предметам. Вчера кончили совсем арифметику, этот камень преткновения в математике. Сциллу и Харибду на экзамене… в Горном. Завтра тригонометрия. Я еще не принимался за нее. Сегодня думаю посидеть и завтра до 6 кончить. Да вот что с бумагами: вы, пожалуйста, поторопитесь, а то выйдет скверная вещь. Да и деньги мне будут нужны на экипировку и на разные прошения и марки.
Пока прощайте. Целую вас. А.Т.»

А.Н. Толстой А.А. Бострому (первая половина июля 1901 г.):
«Милые папа и мама… Но, знаете наша жизнь настолько жива и разнообразна, совершенно своеобразно разнообразна, что в тех маленьких письмах, которые я пишу, право, не пересказать вам всего. Характер, словом, такой. Усиленная работа и во время отдыха дикая возня. Все это чередуется одно с другим, и получается очень живая жизнь. Совершенно нет той, той пошло-мелочной окраски, как в школе. Нет палки в лице дирекции и отметок, нет жульнического отношения к работе. Жизнь наша такова: встаем в 7 ? часов. В 8 уже начинаются уроки. Будить приходит иногда Савелка в халате. “Встаете?” – слышишь сквозь дверь его голос. “Да, да, уже почти готов”. А сам еще глаза не продрал. А то иной раз придет и скажет: синус половинного угла, или теорема… Ну, ему и несут гиль3. С 8 до часу занятия в классе. Потом обед, до 2 ? игра в чушки, потом занятия дома до 6, с 6-ти до семи обед, с семи до 10 уроки в классе, потом чай и с 11 до 2-х или трех занятия дома. Но если бы сутки состояли из 28 часов, то и тогда было время в урез. Сегодня Савелия почти целый день не было дома. Что у нас было, это вы и представить себе не можете: 50 жеребят, пущенных на зеленую траву после зимы, не могли бы так ерундить. Бедный преподаватель русского языка Сергей В. прямо с ума сходил. Кончилось тем, что Савелий опоздал на урок. Наши где-то достали змей, запустили его, потом призвали мороженицу и шарманщика, и пошла потеха. Савелий нас и накрыл с поличным. Но ничего нам не сказал, т.к. ему очень ехидно заметили, “что мы его дождались”. Подал я в Горный, Технологический и Электротехнический, так что придется весь август высуня (! – А.Л.) язык бегать из одного института в другой…»

А.А. Бострому, 12 августа 1901 г., г. Териоки:
«…Скоро мы переезжаем в город. А пока кончаем курс математики, которую, кстати сказать, я знаю не особенно хорошо. Т[ак] ч[то] поступить в Горный у меня очень и очень мало шансов. Это меня ужасно угнетает. Неужели все труды пропадут даром и придется ехать за границу. Но все выяснится через две недели, т.к. экзамены начнутся с 16 числа…»

Курсы переехали в Петербург 12 августа 1901 года. Сколько времени они просуществовали, мне неизвестно.

Все Войтинские очень любили Териоки. В Териоках жили летом, в Териоки приезжали зимой, здесь принимали гостей.

29 ноября 1946 года младший сын Савелия Иосифовича Николай писал сестре, моей маме из Москвы в Ленинград: «…В Ленинград мне очень хочется, и чем скорее… Но мне хочется также попасть в Териоки. Я ярко помню там все дороги, все овражки. Что там сохранилось, меня очень интересует. Как выглядит место, в котором провел свое детство и которого не видел 33 года».

Савелий Иосифович продолжал преподавать в териокском училище. Валентина Лазаревна жила на «два дома»: половину недели в Петрограде, пятницу, субботу и воскресенье в Териоках.

Когда в Финляндии, получившей в конце 1917 года независимость и отделившейся от России, власть перешла к Совету рабочих и солдатских депутатов, Савелия Иосифовича избрали в Териокский совет. Его, как математика, назначили казначеем Совета. Но вскоре к власти в Финляндии пришло буржуазное правительство. Дедушку арестовали, жестоко избивали в териокской тюрьме и в начале июня 1918 года на носилках, умирающего, принесли на дачу. 18 июня 1918 года он умер. Похоронен на териокском кладбище.

Бабушка осталась в Териоках одна, отрезанная от семьи, владелица двух дач. Она стремилась в Петроград, к дочери. Но это было неосуществимо. Из Финляндии, граница которой находилась в 32 километрах от Петрограда, в районе Белоострова, правительство Финляндии выезд запретило. В Европу можно было выехать свободно. И бабушка решает ехать в Берлин, где тогда жил сын Владимир, чтобы таким образом вырваться из осточертевшей Финляндии и из Берлина ехать в Петроград. В Петроград она приехала в конце 1922 года и поселилась с нами (с дочерью и внучкой). Умерла бабушка в 1929 году.

/ © А. Л. Левидова. Фрагмент воспоминаний предоставил Н. Преображенский, материал подготовили Е. Травина, А. Браво.
Фотографии С. И. Войтинского и его детей любезно предоставлены его внуком В. И. Войтинским.
Благодарим Ю. Лазьяна за помощь в подготовке публикации.
 © Публикация terijoki.spb.ru, 09.09.2013, 16.02.2014, 11.07.2016 /

 

 
ПРИЛОЖЕНИЕ 1
Вл. С. Войтинский. "Вне жизни", очерки тюрьмы и каторги. Обложка и заставки работы художн. Н. Войтинской. Петербург, 1914 г.

 

ПРИЛОЖЕНИЕ 2
W. S. Woytinsky. STORMY PASSAGE. A Personal History Through Two Russian Revolutions to Democracy and Freedom: 1905-1960
The Vanguard Press, Inc., New York
В. С. Войтинский. Штормовой переход. Личная история через две русские революции к демократии и свободе: 1905-1960. Стр.8
В переводе с английского.

Книжный червь, развитой не по годам

Я родился и вырос в семье, относившейся к среднему классу. Мой отец был профессором математики в политехническом институте, блестящим преподавателем с умеренно-либеральными взглядами, но без серьезного интереса к политике. Он организовал летние курсы для подготовки выпускников к экзаменам для поступления в институты. Благодаря его исключительному успеху как преподавателя, у него всегда было очень много студентов и дела шли сравнительно неплохо.

Я был вторым из четверых детей. Начальное образование мы получили дома от частных преподавателей и я пошел в среднюю школу с 14 лет. Мой отец был очень горд своей системой частного образования. Возможно, она была для нас так же хороша, как могла бы быть и общественная школа. Если она и не учила нас, как общаться с другими людьми, то способствовала быстрому накоплению знаний в ранние годы.

Моим первым увлечением была математика. Когда мне было 12, мой отец посвятил меня в чудо вычислений. Хотя я предпочитал различные разделы геометрии, к 14 годам я был неплохо знаком с углубленным курсом алгебры. Затем, я внезапно полностью потерял интерес к математике и обратил свое внимание на общественные науки. Неподалеку от нашего дома была частная библиотека, оснванная известным преподавателем. У него была прекрасная коллекция книг по экономике, статистике и истории, и я стал ее наиболее преданным посетителем. Не было никого, кто бы направлял мое чтение - влияние моего отца закончилось тогда, когда я отверг математику - и я читал книге по экономике в совершенно случайном порядке, перепрыгивая от одного автора к другому. В то время, однако, у меня была почти фотографическая память и я легко запоминал все, что я прочел - поэзию, прозу, аргументы, имена и статистику. Таким образом, не имело никакого значения, в каком порядке я поглощал библиотечные книги.

Средней школе нечего было предложить мне. Я был лучшим учеником в классе и выглядел некоторым чудаком в глазах учителей. После нескольких недель обучения мне разрешили приносить библиотечные книги в класс и я читал их, не обращая внимания, что происходит вокруг. В обмен на эту привилегию я должен был быть всегда под рукой, когда директор или особый гость посещали наш класс. Мне надо было красоваться перед нашим учителем - по религии, латыни или математике - отвечая на вопросы гостей.

Летом я читал лекции в школе моего отца. Я выглядел старше, чем был на самом деле, унаследовал от отца умение говорить и был достаточно успешен в этой роли. Но я был не очень популярен среди своих одноклассников и имел немного друзей среди них. В действительности, я превратился в книжного червя, постоянно занятого накоплением знаний.

 

 
ПРИЛОЖЕНИЕ 3
Иосиф Савельевич Войтинский (1884 - 1943)

КРАТКАЯ СПРАВКА О ИОСИФЕ САВЕЛЬЕВИЧЕ ВОЙТИНСКОМ, СЫНЕ С. И. ВОЙТИНСКОГО

Иосиф Савельевич Войтинский (1884 - 1943) окончил юридический факультет С.-Петербургского университета в 1909 году. Завершив образование, он не остался при университете, но и не прекращал научной работы, и с 1910 по 1920 год у него выходят несколько публикаций. С октября 1921 года И. С. Войтинский работает в МГУ. Он стал первым заведующим кафедры трудового права и оставался в этой должности до своего ареста.

После выхода в 1925 году исследования "Трудовое право СССР" И. С. Войтинский стал наиболее известным теоретиком советского трудового права. [1] Он внес наибольший вклад в теоретическую разработку советского учения о коллективном договоре, и многие обоснованные или подтвержденные им положения актуальны и на сегодняшний день. [2] И. С. Войтинский заложил теоретические основы отечественного учения о трудовых спорах. [3], им были исследованы основные проблемы общей части трудового права. Благодаря хорошему знанию иностранных языков он стал крупнейшим советским специалистом по зарубежному трудовому праву, его научный авторитет в 1920 - е годы был общепризнанным. [4]

С конца 1920-х годов усилилось идеологическое влияние на все сферы общественной жизни, участились нападки оппонентов Войтинского. В марте 1938 года Иосиф Савельевич был арестован. Он не выдержал оказываемого на него давления и признал предъявленные ему нелепые обвинения. После этого у него произошел обширный инсульт, от которого он потерял память. В октябре 1940 года его приговорили к принудительному лечению и поместили в подмосковную психиатрическую больницу. В сентябре 1941 года больница была эвакуирована в Казань, где И. С. Войтинский умер в январе 1943 года.

Ссылки:
А.М.Лушников М.В.Лушникова «Российская школа трудового права и права социального обеспечения : портреты на фоне времени», том 1 , Ярославль, 2010
[1] стр. 22
[2] стр.442
[3] стр 17
[4] стр 428

Справку подготовил Валентин Иосифович Войтинский, июнь 2016 г.

 


Последние комментарии:





История Интересности Фотогалереи Карты О Финляндии Ссылки Гостевая Форум   

Rambler's Top100 page counter ^ вверх


© terijoki.spb.ru 2000-2016